Всем привет! Сегодня хотим поделиться с вами чудесными заметками «Об отношении к материалу», которые были написаны известным художником Дмитрием Иконниковым, обобщающими и суммирующими его творческий опыт. Этим текстом и работами с нами поделились из официальной страницы, посвященной творческому наследию Дмитрия.
«Много лет назад, еще учась в институте, я заметил настороженное и недоверчивое отношение к бумаге, темпере, гуаши и другим графическим материалам не только у людей, обыкновенно не имеющих отношения к искусству, но и у профессионалов.
Не знаю, чем это вызвано, конъектурой ли рынка, незнанием и непониманием предмета, общественным ли мнением, своеобразным пониманием назначения и места станкового искусства в жизни человека, его задач. Но, проработав более 15 лет с бумагой, гуашью и сопутствующими материалами, я все менее и менее готов расстаться с ними. С каждым годом открываются все новые и новые возможности в разрешении пластических и технических задач. Причем, зачастую материал начинает сам подсказывать тебе новые формальные ходы, включается в сферу твоего мышления и жизни.
Процесс многолетней работы с бумагой, гуашью все больше завораживает меня, и я начинаю понимать, что и жизни не хватит, чтобы извлечь все возможности, которые заложены в этом материале.»
Чего стоит одна матовая, бархатистая поверхность, которую они дают. Это возможность сохранить то первое движение руки на плоскости и прозрачность, которую так ценили в Китае и Японии, это возможность делать цветовые подкладки, как было принято в европейском искусстве 13 – 18 веков, это создание разнообразных по сложности фактур, это невероятная терпеливость бумаги, когда почти готовую работу можно смыть и начать заново, это возможность пастозного письма мастихином... Бумага – это вообще та плоскость, в которой проходит жизнь художника, да и не только.
Бумага – материал удивительный и древний. К началу 8 века она прочно вошла в жизнь Востока. В Пекинском музее Гугун хранится пейзаж в стиле Ли Джо Дао «Путник в горах», датированный концом 7 века от Р.Х. Япония 13 века имеет образцы высочайшей пластической культуры живописи на бумаге, чего стоит портрет Михамото Еритимо работы Фудзивара Таканобу. Огромное количество свитков, миниатюр, портретов, пейзажей, жанровых композиций живописи на бумаге находятся по всем музеям и классическим библиотекам мира. Что удивляет: бумага при всей своей кажущейся нежности и хрупкости сумела пройти через все войны, пожары, наводнения и прочие катаклизмы. И ведь не годы прошли, а века.
В Европе бумага только в 12 веке появилась и до середины 15 считалась подсобным материалом для станковой живописи, которая в свою очередь взяла начало из фрески. Но уже Вазари стал коллекционировать рисунки своих современников. А современники то были какие: Пизанелло, Беноццо Гоццоли, Доменико Гирландайо…
Уже в середине 15 века европейские художники тонировали бумагу, грунтовали ее, использовали различные материалы от серебряного карандаша до акварели и гуаши.
Хорошо натянутая на планшет, бумага дает невероятное ощущение законченной самоценной вещи, сродни стене, подготовленной под фресковую живопись. Она уже диктует понятие плоскости, предупреждает художника от впадения в дешевый натурализм, требует к себе уважительного отношения. Ее способность светиться сквозь красочный слой придает особенную светоносность материалу. Ее умение впитывать в себя краску сродни фреске, когда цветовая плоскость не изображает что-то, а становится явлением самоценным.
В общем, воспевая оду бумаге, гуаши и другим не сильно популярным материалам, я совсем не хочу сказать, что традиционная масляная живопись, изобретенная Яном Ван Эйком в середине 15 века, плоха. Совсем нет. Все материалы хороши и, в принципе, плохих нет. «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи…» Важно то, что вы способны извлечь из того материала, в котором работаете. Важно «как», а ни «чем».
Еще я против той искусственной корпоративности, которая сложилась в нашей стране в эпоху соцреализма. Когда по вполне понятным причинам Союзы художников стали разделять художников на живописцев, графиков, монументалистов и прочих. На самом деле художник либо есть, либо его нет, вне зависимости от того, в каком материале он работает. Пастели Дега определяют его место в искусстве, которое весьма почетно. Так же точно, как живопись Ефанова, те пластические задачи, которые он решал посредством масляной живописи, не дают ему подняться в тот ряд, в котором стоит Дега.
Все зависит не от материала, в котором художник работает, а от того, какие задачи он ставит перед собой и на каком уровне их решает. Может быть, даже интереснее всего путь, который он выбирает и движение по этому пути.
Путь, дороги, которые мы выбираем, определяют в нас человека, художника… А уж потом художник выбирает материал, и радость в том, что учат всех одинаково, только художники все разные получаются.»
Лето 2002 года, 2022. Бумага, гуашь. 80х60
Это все рок-н-ролл, 2002. Бумага гуашь. 110х120
Кафе,2010. Бумага, авторская техника. 110х125
Натюрморт с белым кофейником, 1997. Бумага, гуашь. 80х60
Странник, 2006. Авторская техника. 120х120
Парк культуры и отдыха, 2006. Бумага, авторская техника. 110х125